Белая армия, чувствуя свое неминуемое поражение, решила перед бегством взорвать город. На железнодорожной станции стояли несколько вагонов с динамитом. Их собирались поджечь, и город, который прижимался к морю, был бы сметен взрывной волной. Однако это было предотвращено большевистским подпольем. Одна из телефонисток, женщина-большевичка, подслушала переговоры белогвардейского начальства, где обсуждался приказ о взрыве города перед уходом войск. Ею было сообщено об этом руководству подпольем. К большевикам был вызван машинист паровоза Магомед Георгиевич Хутинаев. Ему рассказали, что от него зависит судьба города и жизни тысяч людей находятся в руках водителя паровоза и кочегара.
Магомед Хутинаев, по национальности осетин из села Эльхотово, приехал в Порт-Петровск на заработки. Он сначала отказывался от этого задания, говоря, что, если белогвардейцы узнают, они расстреляют его и его семью. В ответ ему сказали, что от взрыва динамита тоже может погибнуть он и его семья. Тогда подумав, он согласился и вместе с кочегаром, молодым русским пареньком, взялся за эту важную и очень опасную задачу.
Под покровом ночи, обманув охрану станции, он с кочегаром сел в паровоз, закрепив его к вагонам с динамитом, и погнал этот «состав смерти» на юг, за город. У разъезда Уайташ (сейчас там поворот на аэропорт от трассы «Кавказ») они спрыгнули с состава, и дядя Миша, как его тогда звали в городе, притормозил поезд. Динамит был разгружен из вагонов большевиками, взрыва не произошло, и город остался целым и невредимым.
Магомед Хутинаев уже в советское время уехал в Осетию в родное село Эльхотово. Помню, о нем была статья в «Дагестанской правде» в 60-е годы прошлого века «Наш дядя Миша». В честь него названы улицы в Махачкале и других городах Дагестана.
