Среди людей, особенно болеющих за сохранение и развитие родного языка, смело можно выделить Фейзудина Нагиева – члена Союза писателей СССР с 1993 года, народного поэта Дагестана, ученого-литературоведа. Начав литературную деятельность в 80-е годы, он успел написать и издать более трех десятков поэтических, прозаических, литературоведческих книг, монографий и многочисленных статей. Заметную роль он сыграл в организации и издании лезгинско-русского литературно-художественного журнала; ведя авторскую передачу «Человек и эпоха» на телевидении РГВК «Дагестан», снял сотни телепередач о замечательных дагестанцах.
Из всех видов творческой деятельности Фейзудина Нагиева хочется выделить его поэтический дар. Не случайно ему присвоено почетное звание народного поэта Дагестана. Он действительно является гордостью лезгинского народа, достоянием Дагестана. Так, без преувеличения, можно утверждать, основываясь на его многогранном таланте. Вчитываясь в поэтические строки, восхищаешься глубиной и полетом его мысли, яркостью образов и метафор, неожиданным эффектом неподражаемых словесных поворотов, удивительных созвучий, оригинальностью рифм, смелостью поэтических решений. (К сожалению, ни в подстрочнике, ни в переводе этого не передать).
Постараемся кратко ознакомить читателя с отдельными стихами поэта (в рамках объема данной статьи приводим лишь отрывки).
В своем сундуке, что железом обит,
Мать держит две разные шали.
Ту белую шаль – для веселья хранит.
Ту черную шаль – для печали.
Две шали (фрагмент).
Перевод Владимира Серова.
Во многих стихах поэта растворена боль о разделенном надвое народе, о любви к родной земле, о незаменимости родины:
Живое сердце разрубив,
Потом не склеишь – не дано.
Очаг соседский захватив,
Мир не согреешь – не дано.
Предавшему родной очаг
Жить как мужчине – не дано.
Душевной не уймёт тоски
Трон на чужбине – не дано.
Не дано (фрагмент).
Перевод Евгения Чеканова.
В настоящее время, когда народы Дагестана встретились с острой проблемой ослабления и угрозы исчезновения национальных языков, возникает потребность в «спасителях» языков: ученых-лингвистах, грамотных школьных учителях и талантливых писателях. Доктор филологии
Ф. Нагиев вопреки злым языкам, обвинениям в многообразии научных интересов смело и открыто демонстрировал неподдельный патриотизм, который в первую очередь зиждется на любви к своему народу, к родному языку. Являясь членом орфографической комиссии, поэт принимал активное участие в комиссии по дополнению и корректировке действующего свода орфографических правил лезгинского языка.
В потере языка и ее последствиях поэт видит большую трагедию для народа.
И будет день наверняка,
Настанет власть империй.
Словам чужого языка
Традиции мы вверим.
И царь нам будет, кто жесток,
И дух наш будет смирен.
И в этот день, о, дай мне Бог,
Не жить в подлунном мире.
«И будет день наверняка…»
Перевод Михаила Крылова.
Поэта-гражданина волнуют опустошение и разрушение горных селений, потеря национальных традиций и культуры.
Я люблю вас, о, горные села мои,
Что прилипли, как соты пчелиные, к скалам;
Эти тропы, что знают истоки свои,
Эти реки хрустальные и перевалы!
Я люблю вас, о, горные села мои.
Но не улья пустые… Глядит исподлобья
Новый век и потоком своей нелюбви
С гор смывает людей, и дома, и надгробья.
«Я люблю вас, о, горные села мои…» (фрагмент). Перевод Владимира Серова.
Ныне широко применяемый в лезгинской поэзии образ Орла, символизирующий отвагу, бесстрашие, зоркость, еще в 80–90-е годы, раскинув крылья, образно и метафорично взлетел с легкой руки Ф. Нагиева. Его поэтическое слово звучало как набат, особенно в годы безвременья, когда пробудившееся самосознание народа искало пути развития, движения вперед к национальному достоинству и сохранению самоидентичности.
Дружбою силен наш Дагестан!
Пусть средь гор подчас сурова речь
Наших горожан или сельчан:
Зря джигит не потревожат меч.
Коль наступят времена, что злы,
Вся земля идти готова в бой.
Встанут дагестанские орлы,
Как плечом к плечу гора с горой.
Дагестан (фрагмент).
Перевод Владимира Макурова.
Народу нужен был свой голос, выразитель своих мыслей и чаяний, свой глашатай. Выразителями дум народа в свое время были С. Кочхюрский, Е. Эмин, С. Стальский, Т. Хурюгский. Время всегда ищет и находит своих защитников. Сегодня их называют представителями (депутатами) разных уровней, избранных народом. В 90-е, в годы «разброда и шатаний», из возбужденной массы выявлялись своего рода пассионарии – как маяки, как факелы, освещающие путь. Среди подобных своей честной, искренней публицистикой и призывной, временами остро-колючей поэзией выделялся Фейзудин Нагиев.
Отринувшие Господа и веру,
Забывшие традиции отцов…
Презревшим им отпущенную меру –
Увы, легко стать сборищем лжецов.
Учитесь у Природы! И в скотине
Инстинкт, как завещание веков.
Наследие отцов – родник в пустыне.
Куда же мы бредем, рабы песков?
«Отринувшие Господа и веру…»
Перевод Владимира Серова.
В произведениях Нагиева мы находим характерные для дагестанцев ценности: трудолюбие, мужество, чувство собственного достоинства, коллективизм, готовность помочь другому, гостеприимство, тягу к справедливости. В то же время при всей любви к Стране гор – к Дагестану, к своему любимому Лезгистану, поэт не проходит мимо проблем социальной несправедливости, мимо событий и людей, которые завязли в потребительстве и пренебрежении своими корнями, традициями, идентичностью. Он задается вопросом: кем мы были и кто мы, сегодняшние дагестанцы, почему возникает конфликтность в обществе, ожесточенность межличностных отношений, бездуховность.
Идут, беременные мечтами,
Что их Луной наградят за лживость.
Откуда в мертвых возьмется живость?..
Ступают, правды не зная сами.
Что все в руках у Творца, не помня,
Не помня, что впереди – могила,
Ступают… Черные давят комья,
Добро на Зло променяв уныло.
Опять схватились разбойник с вором,
На вид невинные, как раввины.
Испепеляя безгрешных взором.
Ступают черные исполины.
Ступают… (фрагмент).
Перевод Анатолия Аврутина.
Через свое богатое творчество автор сумел показать и разнообразие окружающего мира, и яркость его красок, картин и образов. Уже одно умение находить и передавать в стихах красоту и силу родного языка достойно уважения и признания.
Социально-востребованные, высокохудожественные произведения – это краеугольные камни народного самосознания. Недаром мастера слова ценились и были востребованы во все времена. Их призывали к себе цари и императоры, с ними считались и их награждали главы партий; и демократия не может обходиться без них. Но те же цари и правители жестко расправлялись с неугодными себе – с непокорными глашатаями, выразителями народных дум, с честными голосами. Только народ любит и ценит их за истинный талант без всяких идеологических поправок. Только время – самый честный и беспристрастный судья.
У всех у нас один Судья.
Доживши до седин,
Хочу добиться права я
Судить себя один.
….
И совесть смотрит на меня;
Ее суровый взор,
И защищая, и виня,
Выносит приговор.
Суд совести (фрагмент).
Перевод Михаила Крылова.
Жизненная позиция поэта проста и ясна:
Земли хватает, чтобы жить,
Хватает неба для полета.
Вдруг, чтобы это все любить,
Любви ли хватит у кого-то?..
Выражаю уверенность в том, что Богом данный талант Фейзудина .Нагиева не затеряется и будет блестеть сквозь пыль времен, потому что Божий дар в нем укреплен и усилен с помощью цемента профессионализма мастера слова, ученого, литературоведа, лингвиста, словесника, углубившегося в многослойные пласты родного языка и письменности.
Тем более отрадно, что изданная в 2025 году к 75-летию Дагестанским книжным издательством книга избранных стихов «Три мгновения» («Пуд легьзе») Союзом писателей Дагестана представлена к Государственной премии в области литературы за 2027 год.
Максим АЛИМОВ, секретарь Союза писателей Дагестана
