В конце мая 1942 года в школе № 1 им.В.И.Ленина, что на улице Маркова (ныне А.Даниялова), прозвучал последний в учебном году звонок. Ура! Каникулы! Ребятишки с шумом и гиком, размахивая портфелями и матерчатыми самодельными сумками, высыпали на улицу. Многие школьники через городской сад побежали к морю, чтобы окунуться в его прохладу. Так мы делали каждый раз после окончания учебы. Вроде бы открывали купальный сезон.
— Мальчик, подойди ко мне,- услышал я чей-то голос.- На, подержи ведерко.
— Делать мне больше нечего, ведро грязное держать,-огрызнулся я.- Видишь, на море спешу с пацанами.
— Море никуда не денется, — серьезно проговорил юноша, — а враг у самых стен города.
— Ты пионер? — поинтересовался он.
-Пионер, — гордо сказал я.
— Вот что, товарищ пионер, слушай комсомольский приказ: отныне и до того, пока мы не расклеим эти плакаты, считай себя мобилизованным на трудовой фронт. С этими словами он сунул мне в руки ведерко с клеем.
Взяв один из плакатов, он развернул его, чтобы нанести клей. Увиденное меня поразило.
Это была знаменитая "Родина-мать зовет!".
С плаката на меня глядела женщина вся в красном, зовущая мстить фашистам. Этот плакат по силе своего воздействия сегодня я могу сравнить лишь с песней "Вставай, страна огромная".
Больше часа я помогал юноше расклеивать плакаты с таким чувством, словно и я чем-то помог фронту.
В городе того военного времени на стенах домов, каменных тумбах были расклеены и другие плакаты, вроде "Болтуны и шептуны нам вреднее яда", "Чем ты помог фронту?", "Тише, враг подслушивает", но "Родина — мать" среди остальных занимала самое почетное место.
