– Маджид сам решил подписать военный контракт, – вдова участника СВО Виктория печально смотрит на его фотографию. Сильный, мужественный, уверенный в себе – Маджид Магомедович Алиев был заботливым отцом, хорошим семьянином, надежной опорой для семьи. Алиевы жили душа в душу, воспитывали пятерых детей. Виктория до сих пор вспоминает их семейные советы – решения всегда принимались совместно, супруги прислушивались к мнению другу друга. Маджид считал, что настоящая семья строится именно так: на взаимном уважении.
Единственное решение, которое он принял сам, не обсудив его с женой и детьми, – это поездка в зону Специальной военной операции. В глубине души Виктория понимает, что он не мог поступить иначе. Их сын Исмаил подписал контракт 9 декабря 2024 года. С того дня Маджид ежедневно заговаривал о том, что так быть не должно: сын – на СВО, а он остался здесь. «Ну и пусть, что 59 лет, я еще крепкий», – парировал он. Виктория понимала: отговаривать его бесполезно. 21 декабря 2024 года Маджид уехал.
Виктория показывает орден Мужества – посмертную награду супруга.
– Личные вещи Маджида так и остались в воинской части. Сын мне сказал: «Ты и так каждый день только о нем и говоришь, а когда вещи получишь, будешь еще сильнее переживать», – говорит она и пожимает плечами. – 25 лет счастливой жизни перед глазами, эти воспоминания разве вычеркнешь? Наши дети – не это ли самое дорогое напоминание мне о нем?
История их знакомства трогательная и романтичная одновременно. Маджид и Виктория познакомились в Казахстане. Разница в 15 лет не смутила Викторию: они поженились и с того дня она ни дня не пожалела о своем выборе. Маджид стал ее верным спутником жизни. Со временем семья переехала в Дагестан в село Тпиг Агульского района, откуда Маджид был родом. Виктория приняла ислам, выучила агульский язык. Муж всегда ей говорил: если чего не знаешь, не умеешь, я тебя научу, и слово свое сдержал – ни разу ни в чем ее не упрекнул. Благодаря супругу Дагестан стал для Виктории родным домом, и сейчас она говорит: не «как у вас принято», а «как у нас принято». Виктория была уверена, что дети должны знать родной агульский язык и учила его наравне с ними. Супруг построил дом в селе, вместе вели домашнее хозяйство.
Со временем пришлось перебраться в город: здесь дети учились, а Маджид занимался строительными работами. Дочь Альбина вспоминает, как папа каким-то необъяснимым образом улавливал, кто именно зашел домой. «Ему необязательно было видеть человека: по тому, как поворачивается ключ в замке, он мог безошибочно назвать пришедшего», – улыбается она. Альбина с гордостью рассказывает мне, что с папой разговаривала исключительно на родном агульском языке. «Когда занятия заканчивались, сразу звонила ему, чтобы сообщить: иду домой. Я знала, как он ждет каждого из нас», – говорит Альбина. Вместе с мамой они делятся теплыми моментами, связанными с самым близким человеком. Им столько всего хочется рассказать о нем.
27 января 2025 года Виктории сообщили, что ее супруг, ефрейтор Алиев Маджид Магомедович, пропал без вести при выполнении боевого задания. Незадолго до этого 20 января они разговаривали по видеосвязи. «Он, как всегда, был спокоен, уверен в себе. Как бы невзначай сообщил, что скоро надо выезжать, и, возможно, несколько дней будет не на связи. Просил не беспокоиться», – Виктория задумчиво смотрит на экран телефона. Это был последний раз, когда она видела его.
Ведь один раз, когда беда могла случиться, она обошла его стороной: Маджид уцелел. Ей рассказывали, как он успел откинуть в сторону дрон. Взрывом посекло лицо, но для него это были сущие мелочи. «Разве это травмы?» – говорил Маджид Виктории. А на упреки жены о том, что слишком беспечен, просто ответил: «Почему о вас не думаю? Всегда только и думаю о вас». Он долгие годы занимался строительными работами, привык к физическим нагрузкам, и ей ни разу не приходилось слышать, что он устал. Смело шел вперед, считая, что дважды человек не погибает, а там уж как судьба распорядится. Всегда готов был помочь, прикрыть товарища, поддержать.
– Честно скажу, даже когда его внесли в списки без вести пропавших, я верила, что все будет хорошо, – Виктория и сейчас не понимает, откуда в ней была такая стальная уверенность в его неуязвимости. Только один раз сердце кольнуло, когда ехала в Тпиг на соболезнование и вдруг на мгновение увидела лицо супруга перед глазами. «Вика, прости!» – пронеслось в голове. Виктория попыталась взять себя в руки: наверное устала, сын и муж на СВО, ежедневно в заботах об остальных детях. Надо просто немного отдохнуть… Через несколько дней ей позвонили, попросили сдать ДНК на всякий случай. Успокоили, что это всего лишь процедура, которую проходят родственники без вести пропавших, ведь данных о гибели супруга нет.
3 марта она была на работе. Хорошо помнит тот звонок по телефону и вопрос, прозвучавший в трубке: «Куда привезти вашего мужа?». Виктория автоматически продиктовала адрес и, отложив телефон, сообщила всем, что ей надо срочно встречать супруга с СВО. «Я настолько была уверена, что с ним никогда ничего не случится, что даже не подумала, что привезли тело», – признается Виктория. Повторный звонок рассеял все надежды. Виктория не понимала, что происходит. Она не могла разговаривать с людьми, как будто никого не слышала. Старшая дочь приехала за ней.
– Первая моя мысль была: надо обязательно его увидеть. Вдруг ошиблись, я должна убедиться, что это именно он. Ее уговаривали не делать этого: объясняли, что лучше запомнить его таким, каким он был. Но Виктория очень хотела попрощаться: «Он лежал в военной одежде с открытыми глазами и улыбался мне».
Потом были другие звонки: надо было собирать документы, получить награду супруга, причитающиеся выплаты. Виктория признается, что временами боялась брать трубку: она понимала, что могут звонить мошенники. Каждый звонок старалась перепроверить в официальных инстанциях.
С большой благодарностью Виктория вспоминает о тех людях, которые были рядом с ней в этот сложный период, откликались на обращения и пожелания. Большим и невероятно радостным сюрпризом для нее стал приезд сына из зоны СВО на семейное мероприятие благодаря содействию главы города Махачкалы Джамбулата Салавова. И не только это. При поддержке мэра Махачкалы ее среднюю дочь устроили в колледж при ДГИНХ, провели необходимое медицинское обследование детям, оплатили стоматологические услуги. Семью навестила заместитель мэра Махачкалы Эмилия Раджабова, лично проконтролировав, чтобы вся оказанная помощь мэром Махачкалы была своевременно оказана близким погибшего участника СВО.
Также Виктория признается, что настоящим проводником в плане сбора необходимых документов и юридическому сопровождению для ее семьи стал Азиз Гаджизаде, работающий в фонде «Защитники Отечества». По любому вопросу она также могла обратиться в Управление по оказанию помощи участникам СВО Администрации города Махачкалы к Шамилю Мусаеву.
Виктория и сама не может оставаться безучастной к событиям, происходящим на СВО. Там сейчас находится ее сын, ее супруг героически погиб, защищая Родину. Посоветовавшись с детьми, они решила направить помощь на восстановление больницы в Донецке. «Мне стало легче на душе. Я тоже причастна к тому, чтобы другим нашим бойцам своевременно могли оказать медицинскую помощь», – искренне делится многодетная мать.
На их семейных фотографиях Маджид обнимает детей – для них он всегда был опорой и защитником. Старшему сыну сейчас 25, второму – 22, старшей дочери 19, средней 17 и 15 лет – младшей. Они каждый день вспоминают отца, его привычки, слова, улыбку.
Маджид Алиев не мог остаться дома, когда сын Исмаил отправился на СВО: воспитав его на личном примере, он знал, что сын такой же волевой и решительный, настоящий патриот своей Родины. Виктория и дети бережно хранят орден Мужества – для них это символ безграничной отваги мужа, отца и огромной любви к своим детям.
Лариса ДИБИРОВА
