Элегия

У него, в свою очередь, научился изобразительному искусству известный современный поэт, народный писатель Дагестана Сугури Увайсов, а от него – заслуженный художник РД и РФ Нурипаша Абдулаев. Об этой цепочке творческих звеньев мне рассказал младший брат Сугури – Башир Увайсов, когда мы с ним беседовали о творчестве, сидя на скамейке на Родопском бульваре.
Если в быстром темпе прокрутить назад ленту событий, то мы вернемся к моей встрече с одним очень уважаемым мною человеком, который сокрушался по поводу неблаговидного состояния декоративной скульптуры возле Национальной библиотеки им. Р. Гамзатова, изображающей своеобразно одетую женщину с лирой и какой-то странной птицей в руке. Живо затронутый судьбой этого оригинального памятника, в котором передано настроение и мироощущение автора в период создания этой композиции, я принялся за поиски художника. И они привели меня к дизайнеру-художнику-скульптору Баширу Увайсову. Да, к тому самому, с кем я беседовал на скамейке в приморском парке. К триаде дизайнер-художник-скульптор, названной самим Баширом, определяя свою специальность, позже, когда узнал его ближе, я добавил: музыкант. А теперь обо всем по порядку.
С молодых лет, подражая своему старшему брату, Башир шаг за шагом начал осваивать азбуку рисования. Позже, войдя во вкус, навыкам по рисунку и живописи учился у знаменитого народного художника Дагестана Каирмагомеда Юнусилау. Вряд ли такой крупный мастер стал бы тратить свое драгоценное время на Башира Увайсова, если не заметил бы у юноши скрытых для рядовых глаз задатков большого дарования.
Однако, как говорится, все хорошее в нас от Бога, а все плохое – от самого человека. Всем удался Башир, многими талантами одарил его Всевышний, даже прекрасным мужским телосложением, но вот характером вышел непростым. Уж больно заносчивым и неуживчивым, к тому же еще легкообидчивым оказался наш герой. От одного дела переходил к другому, переезжал из одного места в другое. Был и такой период в его жизни, когда собрался он уехать в Москву навсегда. И уехал, и договорился о работе, связанной с ковкой металла, поскольку к тому времени плотно занимался изготовлением кованых ворот и балконов. (Кстати, один из первых в Махачкале. Образец его работы можно увидеть на улице Котрова: это металлический балкон дома Хачилаевых). Но (к слову, этих «но» в его жизни будет еще немало – таков противоречивый его характер), разорвав все контракты, недополучив денег, он возвращается в Дагестан. И это решение не полностью от него зависело. На этот раз вмешалась судьба в лице человека с еще более сильным и решительным характером. Это был хорошо знакомый всем горожанам Саид Амиров. Нет, они не встретились лицом к лицу. Они нашли друг друга в городском пространстве, которое нуждалось в двух личностях: художнике-исполнителе и меценате-заказчике. Городская Администрация в лице главного архитектора стала обеспечивать Башира Увайсова заказами. Это были металлические светильники для реставрируемого в то время проспекта Ленина.
Но душа художника требовала творческого порыва, самовыражения. И первой «ласточкой» стала скульптурная композиция «Журавли» на углу здания «Дагпотребсоюза».
– Однажды, – рассказывает Башир Давдиевич, – прогуливаясь по улице Ленина в меланхолическом настроении, которое иногда посещает меня, остановился возле новой библиотеки и увидел площадку, куда просилась декоративная скульптура. Стою, смотрю и думаю. Постепенно в моем сознании начал рождаться не натурально-рельефный, а музыкальный образ. Один музыкальный инструмент сменял другой, пока «в кадре» не появилась лира. Нежная мелодия лиры напоминала пение сказочной птицы, и их надо было объединить в пространстве. Таким синтезирующим элементом могла быть, естественно, женщина. Скульптурная композиция – женщина с птицей и лирой – замешанная на моей меланхолии, получила название «Элегия» (лирическое художественное произведение, проникнутое грустью).
Идея художника была одобрена Администрацией города Махачкалы, и он незамедлительно приступил к ее осуществлению. По проекту автора, женщина должна была стоять в центре фонтана. Причем не простого фонтана с тривиальными струями. Здесь должны были работать два насоса: один – для двухуровневых струй, а второй, чтобы прогонять переливающуюся из большой чаши по «арыку» воду вокруг фонтана. С этой целью устроена круговая, декорированная речным камнем, канавка, имитирующая обычный сельский арык. Для управления всем этим хозяйством, по проекту автора, предполагалась недалеко от фонтана постройка еще одного помещения с соответствующим оборудованием, а рядом с ним (для ансамбля) помещение для досуга молодежи – чай, сладости, музыка.
Однако все это осталось в проекте: то ли автор идеи был не достаточно настойчив, то ли городского архитектора отвлекали более важные проблемы. А идея была хороша: в центре города, рядом с просветительским центром – библиотекой находился бы своеобразный годекан для благовоспитанной молодежи.
Но давайте все-таки вернемся к нашей композиции, которая, к сожалению, была всеми забыта и заброшена, словно бедная родственница. После десятилетней эстетической изоляции скульптура с судьбоносным для нее названиием «Элегия», благодаря грядущему 155-летию Махачкалы, декоративно, с большим вкусом, под чутким руководством автора окрашена под старинную латунь: лира заиграла, женщина приоткрыла глаза и будто говорит, повторяя слова Пушкина: «Печаль моя светла…».
Что же теперь делает автор «Элегии» Башир Увайсов, поймать, как говорится, которого было очень трудно? Но чтобы сделать его фотоснимок возле его же детища, мне пришлось потратить три дня. Воспользовавшись моментом, поинтересовался, чем он нынче занят, каковы дальнейшие планы, проекты. Подробной информации, увы, я не получил. Только на ходу он быстро сказал, что спешит на стадион «Хазар» (теперь арену клуба «Анжи»), где вот уже второй день пытаются установить отчеканенный им огромный щит – символ футбольной команды «Анжи». И вся моя возня вокруг его личности, его творчества, явно тяготила этого вечно спешащего человека, который только буркнул на прощание: «Зачем все это нужно?»
Я смотрел вслед удаляющейся большой, грузной фигуре художника, и меланхолическое настроение вдруг сжало мне грудь: ему еще нет и семидесяти, а его уже не волнует слава, не радуют звуки медных труб. Он живет в своем мире творческой фантазии, где нет зависти, злословья, где нет разрушения, но есть созидание. Многие талантливые люди имели сложный и даже тяжелый характер. С этим нужно мириться, это нужно понимать и принимать.
Вот такая элегия…
 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
Пожалуйста, введите ваше имя здесь

Последние новости

В роддоме в Махачкале в январе спасли четырех детей с экстремально низким весом

Врачи роддома Республиканской клинической больницы им. А.В.Вишневского в Махачкале в январе текущего года спасли четырех детей с экстремально низкой...

В Махачкале планируют создать типовой питомник для бездомных животных

Комитет по ветеринарии Дагестана должен проработать вопрос создания типового питомника для бездомных животных в Махачкале. Соответствующее поручение премьер-министр республики...

Завершился конкурс по отбору кандидатур на пост главы Ленинского района Махачкалы

Завершился конкурс по отбору кандидатур на должность главы Ленинского района Махачкалы, который проходил в актовом зале районной администрации. Ко второму...

В Махачкале произошло ДТП с участием полицейской машины

Авария с участием служебной полицейской машины произошла в Махачкале, сообщает пресс-служба МВД Дагестана. В ночь на 1 февраля, примерно в...

«Ростелеком» установил видеонаблюдение и модернизировал пропускную систему на автозаводе «УРАЛ»

Компания «Ростелеком» оборудовала дополнительными камерами внешнего видеонаблюдения стратегически важную часть периметра автомобильного завода «УРАЛ» в городе Миассе Челябинской области....

В Махачкале по решению суда снесут 4-этажное строение

Суд в Махачкале удовлетворил иск правового управления администрации города о сносе четырехэтажного объекта капитального строительства по ул. А. Алиева...

Вам также может понравитьсяСВЯЗАННОЕ
Рекомендовано вам