«Дагестану была нужна молодая кровь»

Гайдар Гайдаров – известный дагестанский тренер борцов-вольников. За свою тренерскую карьеру 46-летний специалист успел воспитать множество дагестанских борцов, добившихся мирового признания. Гайдаров на заре спортивной карьеры был хорошим борцом и добивался успехов на российской и международной аренах. Продолжить карьеру ему помешала травма. В интервью корреспонденту «Махачкалинских известий» специалист рассказал о приходе в сборную Дагестана, упущенных возможностях, тренерской жизни, завершении работы в итальянской сборной и планах на будущее.

 

«ЕСЛИ БЫ ВРЕМЯ МОЖНО БЫЛО ПОВЕРНУТЬ НАЗАД…»

– Гайдар, сегодня ты – известный во всем мире тренер, но всему этому предшествовало определенное спортивное прошлое. Расскажи о нем.

Да, начал я заниматься борьбой еще в детстве, в возрасте 6-7 лет. И тренером у меня был не кто-то, а сам Магомед Гусейнов
(экс-главный тренер сборной России по вольной борьбе, ныне директор УОР г. Хасавюрта. – Прим. «МИ»). Кстати, тренировал он два раза в день, первая тренировка в 6:30, а вторая – в 20:30. Это был сложный график, но приходилось терпеть, так как в этот вид спорта я пришел по стопам своего дяди, мастера спорта СССР по вольной борьбе Якуба Нуцалова, и не мог его подвести.

– Вольной борьбой занимались и твои братья – Алихан и Мурад.

Да, младший (Мурад) был физически силен, но не хватало хитрости, во мне была хитрость, но физически я был слабее, а вот Алихан
совмещал в себе все лучшие качества борца, но бороться ему почему-то не хотелось. Так получилось, что больших результатов в борьбе в качестве спортсмена добился только Мурад.

– А что случилось с твоей карьерой? Почему не пошло?

– Не могу сказать, что прям-таки не пошло. В юношеском возрасте у меня неплохо получалось, да и в молодежном, юниорском. Я был чемпионом России, победителем первенства Европы, и вроде все шло по плану, но я заработал межпозвоночную грыжу. Так как медицина на тот момент не могла обеспечить должное лечение, врачи посоветовали мне оставить спорт.

– Не жалеешь об упущенных возможностях?

– Я не то что бы жалею. Иногда даже тоскую по тому времени, и если бы время можно было повернуть назад, я бы вернулся для того, чтобы пойти по пути спортсмена. Знаешь, когда я беседую со своими воспитанниками, говорю им, что борцовский век не такой уж и длинный. И поэтому нельзя упускать ни одного шанса, поскольку вернуться назад будет нельзя. Я через все это прошел, мне действительно тоскливо, потому что мог бы чего-то добиться в качестве борца. Но, видимо, не суждено…

 

«ДАГЕСТАНУ БЫЛА НУЖНА МОЛОДАЯ КРОВЬ»

– Тем не менее ты добился немалых успехов в качестве тренера. Впервые в качестве наставника ты дебютировал в 2011 году, когда тебя пригласили в сборную Дагестана. Как это случилось?

Ну, официально я был неопытным тренером. У меня даже спортивного образования не было. На тот момент оно и не требовалось. Что касается тренерства, то это случилось неожиданно. Как-то у моего дяди дома сидел Магомед Гусейнов и в разговоре он сказал о том, что ищет себе преемника. Учитывая, что нас с Сажидом Сажидовым всегда связывали братские отношения, я решил внести, скажем так, его кандидатуру (улыбается). Гусейнову эта идея понравилась, они встретились, поговорили. Так Магомед Гусейнович и передал бразды правления Сажиду, а дальше он предложил мне и нашему близкому другу Арсену Гитинову (серебряный призер Олимпийских игр 2000 года. – Прим. «МИ») должности старших тренеров в команде. Кстати, Гусейнов тогда из сборной ушел, но остался Маирбек Юсупов. Большое ему спасибо, мы многому у него научились. Без преувеличения, это один из ведущих специалистов мира в области вольной борьбы.

– Сборной действительно нужна была молодая кровь, ведь в 2011-м наша команда испытывала не лучшие времена.

– Согласен. Это был период, когда у нас в строю был лишь один чемпион Европы – Нариман Исрапилов. Был и Билял Махов, но здоровье не позволяло ему тренироваться в полную силу. Придя в команду, мы попытались влить в нее новую кровь, подружиться с борцами, искать молодых и талантливых спортсменов. В 2013 году у нас появился чемпион мира Бекхан Гойгереев, потом были Садулаев, Рашидов, Угуев… Сейчас нам есть чем похвастаться.

– Да, изменения, как говорится, налицо. Просто везение или так сказалась смена тренерского состава?

Думаю, что все сошлось. Дело не только в смене тренерского состава. Как-то так получилось, что поколение пришло к нам молодое, мы пришли – молодые тренеры, говорящие на их языке. Было взаимопонимание и, думаю, это сыграло определенную роль. Мы постоянно беседуем с нашими воспитанниками. Я, допустим, весь мир исколесил, многие тренировки видел, посетил многие страны, где борьбой занимаются. И знаешь, я вообще не понимаю, как наши ребята могут вообще кому-либо проигрывать. У нас лучшая школа, лучшие тренировки, лучшие тренеры, лучшие условия – море, горы, свежий воздух. Все у нас есть.

 

«БОРЬБА В ДАГЕСТАНЕ ДЕРЖИТСЯ НА ОТНОШЕНИИ ПРОСТЫХ ЛЮДЕЙ»

– Раз уж мы заговорили о других странах. В чем отличия в подходах к тренировкам у нас и в других странах?

– Наверное, в отсутствии большого опыта у тренеров. Нет, не могу сказать, что в других странах тренеры менее опытные. Просто там нет хорошего котла, в котором спортсмены варятся. Нет той конкуренции, которая есть в Дагестане. У нас в каждом весе есть спортсмен, который может хоть завтра поехать на Олимпиаду. Вот, например, до 65 кг – Шираев, Рашидов, Чакаев… Можно считать и считать. А за границей такого нет. Им приходится работать с тем, что есть. И это даже не вина тренера, повези сильного тренера в слабую страну, он там тоже ничего не добьется. Материала нет. А у нас с материалом все хорошо.

– С чем это связано? Генетика или условия?

– Не думаю, что это генетика. В США есть немало крутых спортсменов, например, Снайдер, Барроуз, которые в достаточно молодом возрасте становились олимпийскими чемпионами. Вопрос в подходе к спорту. У нас если ты добился результата, можешь всю оставшуюся жизнь выезжать на этом, а вот, например, я знаю француза – олимпийского чемпиона по греко-римской борьбе в Пекине. Сейчас в баре соки разливает. У них на этом не поднимешься. На Западе спортсмен становится чемпионом для себя, а у нас – чемпион Олимпиады – это уже национальный герой. Вот тебе и разница. Мы спортсменов на руках носим, их именами школы называем.

– То есть дагестанская борьба держится на отношении простых людей?

Само собой. Наш народ – он такой. Ты же видишь, как люди в аэропорту чемпионов встречают, за границей такого нет.

 

«ПРЕТЕНДЕНТАМ НА ОЛИМПИАДУ ПРИДЕТСЯ ДОКАЗЫВАТЬ СВОЕ ЛИДЕРСТВО ЗАНОВО»

– Хочу спросить о самом огорчающем известии для борцов в 2020 году. Это отмена и последующий перенос Олимпийских игр, на которых должны были выступить дагестанские борцы. Как сборная, спортсмены, тренерский штаб отреагировали на то, что Олимпиады в 2020 году не будет?

– Это было неожиданно. Не отмена олимпиады, а сама пандемия. Не то что бы борцы пострадали сильно. Пострадали те спортсмены, которые уже были определены как лидеры. Те, кто уже практически должен был отправиться на Олимпийские игры. Но вместе с тем повезло тем, кто сможет попасть в новые составы. Молодые ребята, которые заявили о себе в начале этого года, теперь могут претендовать на участие в Играх.

– Как должен проходить отбор на предстоящую Олимпиаду? Те, кто был лидером ранее, должны будут по новой доказывать свое превосходство?

– Естественно, каждый должен доказать, что он не случайно попал в состав на Олимпийские игры 2020 года. В начале 2021 года пройдет Ярыгинский турнир, потом чемпионат Европы. Вот им там придется доказывать свое лидерство. И я считаю, что это будет справедливо. Взять их и освободить сейчас от отбора на Олимпиаду, которая пройдет только в следующем году, будет не очень правильно.

 

«ЧАМИЗО СЕЙЧАС БОРЕТСЯ ТАК, КАК БОРОЛСЯ ДО МЕНЯ»

– В мире ты известен не только как тренер сборной Дагестана, но и как бывший тренер-консультант итальянской сборной, а также личный тренер двукратного чемпиона мира Франка Чамизо. С 2018 года ты перестал работать в Италии. С чем это связано?

– Да, я хоть и был тренером-консультантом итальянской команды, но как таковой работы конкретно в Италии не было. Я вел двоих «итальянцев» (Франк Чамизо и Шамиль Кудиямагомедов). Присматривал за ними, но в основном старался больше находиться здесь, потому что здесь лучшая школа для них. Но в 2018 году у нас с руководством итальянской федерации пошли некие нестыковки. Они сказали мне, что у них наблюдается кризисная ситуация, что с финансами проблемы. Это я воспринял как сигнал к тому, что надо уходить.

Они, конечно, сильно удивились. Удивились тому, что я могу оставить такого борца, как Франк, на что я им ответил: «Да, он выдающийся борец, но при мне он боролся по-другому».

– По-другому?

– Я дал ему то, что ему было нужно, заставил его поверить, насколько он крут, насколько он хорош. Не говорю, что я что-то кардинально поменял в его борьбе, но изменения были заметны не только мне, но и другим специалистам. Он был немного разобранный, боролся в весе до 65 кг. Я им сказал, что Франк будет работать по моей программе. В первую очередь я перевел его в 70 кг, потому что он много гонял, был не похож на себя. Перейдя в другой вес, он раскрылся, начал бороться раскованно, я ему внушал, что он один из лучших, бриллиант, с которого надо сдувать пыль (смеется). Вот он и начал бороться так, что о нем узнал весь мир.

– А сейчас? Как он борется сейчас?

– Борется так, как боролся до меня. Не могу сказать, что хуже. Я заставлял его работать так, чтобы, сидя секундантом, я мог получать удовольствие от его борьбы. Сейчас такого нет, он вернулся к своему стилю борьбы. К тому, чему его научила жизнь. И сказать честно, мне не то что бы больно на это смотреть, но хотелось бы видеть его другим.

– Поддерживаешь ли связь с Франком?

– Естественно, для меня Франк – человек, достойный уважения. С ним мы созваниваемся. Созванивались, когда были на сборах в Цумадинском районе. Он сказал, что хочет приехать в Дагестан, соскучился по обстановке, в которой он здесь находился. Но сейчас ситуация такая, при которой не очень-то просто сюда попасть. Кстати, разговаривал и с менеджером сборной Италии, он предлагал мне вернуться после Олимпийских игр. Я ответил, что хочу поработать в Дагестане.

– То есть ни при каких условиях не вернешься в Италию?

– Знаешь, может, я подумаю. Это был хороший опыт для меня. Может, я бы и поработал в другой стране. Но здесь меня сейчас все устраивает, много хороших борцов. Одно удовольствие с ними работать.

 

Нурмагомед АСТАРХАНОВ

 

 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
Пожалуйста, введите ваше имя здесь

Последние новости

Салман Дадаев создал штаб по поддержке семей мобилизованных махачкалинцев

Городской штаб по поддержке семей мобилизованных махачкалинцев создан в дагестанской столице по инициативе главы города Салмана Дадаева. К работе штаба...

В Махачкале заменили ключевые трансформаторы на более мощные

Энергетики заменили в Махачкале ключевые трансформаторы на более мощные. Данная работа проводилась на трех перегруженных подстанциях города: Приморская, Тепличный...

Ребенок выпал из окна 6-го этажа в Махачкале

Несчастный случай произошел в Махачкале с двухлетней девочкой, сообщает пресс-служба МВД Дагестана. Накануне из окна 6-го этажа многоквартирного дома по...

Более 40% махачкалинцев отложили работу, чтобы посмотреть речь президента в прямом эфире

Четыре из 10 жителей Махачкалы отложили работу, чтобы посмотреть в прямом эфире речь президента РФ Владимира Путина, посвященную подписанию...

Мэр Махачкалы обсудил с депутатами работу по сбору посылок для военнослужащих

Глава Махачкалы Салман Дадаев провел ряд встреч с депутатами Народного собрания Дагестана. Обсуждались вопросы проведения информационно-разъяснительной работы с жителями...

В Махачкале продолжают устранять локальные разрушения асфальта

В Махачкале продолжаются работы по устранению локальных разрушений асфальтобетонного покрытия улично-дорожной сети. Отделом дорожного хозяйства городских служб составлен план, согласно...

Вам также может понравитьсяСВЯЗАННОЕ
Рекомендовано вам